Предисловие Ной и его ковчег

Мой богатый папа любил повторять: «Если ты хочешь стать владельцем крупного бизнеса или инвестором, то обязательно должен понять главную мысль истории Ноя и его ковчега». Хотя богатый папа никогда не претендовал на звание пророка, он неустанно трудился над развитием своей способности предвидеть будущее. Обучая своего сына и меня премудростям бизнеса и инвес­тирования, он часто говорил: «Только представьте себе, какая сила веры нужна была Ною, чтобы пойти к своей семье и сказать: «Господь поведал мне, что ско­ро начнется великий потоп, и поэтому нам надо срочно строить ковчег» — и с ус­мешкой добавлял: — Представляете, что ему пришлось выслушать от жены, де­тей и инвесторов? Они наверняка завопили: «Опомнись, Ной, мы живем в пус­тыне. Тут даже дождей никогда не бывает. Один песок вокруг. Ты точно уверен,

что Господь повелел тебе строить именно ковчег? Да кто нам денег даст на судо­строительную компанию посреди пустыни? Может, лучше отель, курорт или поле для гольфа соорудим? Все больше толку будет, чем от ковчега»».

Почти 30 лет богатый папа учил своего сына и меня тому, как стать владель­цами бизнеса и инвесторами. С самого начала он обучал нас принципам инвес­тирования, используя главным образом очень простые средства вроде игры в «Монополию». Кроме того, богатый папа часто обращался к общеизвестным сказкам типа истории о трех поросятах, чтобы приучить нас к мысли о необхо­димости строить надежные финансовые дома — дома из кирпича, а не из соло­мы или из прутиков. На примере ветхозаветной истории о Давиде и Голиафе он демонстрировал силу «финансового рычага», причем в данном случае рычагом являлась праща Давида. Эта же история учила нас тому, как щуплый парнишка может одолеть великана. Подчеркивая значимость составления правильной картины будущего, богатый папа часто говорил: «Никогда не забывайте, что Ной предвидел будущее... но гораздо важнее то, что у него были вера и смелость, необходимые, чтобы на деле доказать правильность своего предвидения. Пред­видеть будущее могут многие, но далеко не у каждого хватает веры и смелости, чтобы сделать все для исполнения увиденного, чтобы картина будущего совпа­ла с картиной настоящего». Другими словами, те, у кого нет веры, смелости и да­ра предвидения, часто не замечают надвигающихся перемен, пока не становит­ся слишком поздно.

Большую тревогу у моего богатого папы вызвал принятый в 1974 году За­кон о безопасности пенсионного дохода работников, получивший название ERISA. Богатый папа предупреждал: «В период прохождения ERISA через Конгресс большинство людей даже не подозревали о его существовании. Да и сегодня многие понятия не имеют, что такой закон был в свое время одобрен Конгрессом и подписан президентом Никсоном. Последствия этого закона в полной мере проявятся лишь лет через двадцать пять, а то и все пятьдесят, ког­да меня уже не будет на этом свете. Если б я только мог убедить людей начать готовиться к ним уже сегодня... Но как я могу убедить их в том, что случится в будущем?»

В январе 2002 года народ Соединенных Штатов, еще не оправившийся от потрясения 11 сентября 2001 года, поразило известие о банкротстве одной из крупнейших компаний «голубых фишек» в Америке. Но больше, чем новость о банкротстве, многих представителей моего поколения так называемых «беби-бумеров», поколения людей, родившихся в период демографического взрыва между 1946 и 1964 годами, ошеломило то, что тысячи сотрудников корпорации «Enron» полностью лишились своих пенсионных сбережений. Впервые за свою жизнь миллионы беби-бумеров осознали, что планы 401 (k), IRA и им подобные пенсионные планы, завязанные на взаимных фондах и акциях компаний, где они работают, далеко не так надежны, как они думали и как их уверяли дипло­мированные специалисты по финансовому планированию. У миллионов беби-бумеров много общего с тысячами людей, работавших на «Enron». Крах этой корпорации стал для них тревожным звонком, вызвал приступ страха, связан­ный с осознанием того, что их собственная старость может оказаться не такой обеспеченной, как они когда-то думали. Пророчество богатого папы начинает сбываться.

Мне позвонили с местной телестанции и спросили, не смогу ли я прийти и прокомментировать банкротство «Enron», бывшего мирового лидера нефтяной и газовой промышленности. Симпатичная молоденькая телеведущая задала мне вопрос: — Можно ли считать банкротство «Enron» единичным случаем?

Мой ответ был таким:

— Банкротство «Enron»—это экстремальный случай, но не единичный.

Меня удивляет, что СМИ не упоминают о «Cisco», «Viacom», «Motorola» и других гигантах. В подобном, хотя и не столь драматическом положении, как «Enron», оказались многие компании, в чьи акции вложили значительный про­цент своих пенсионных сбережений их работники.

—Что вы имеете в виду?— спросила хозяйка студии.

— Я имею в виду то, что крах «Enron» должен стать для людей предупреж­дением и напомнить о том, что их планы по статье 401 (k) нельзя считать пуле­непробиваемыми, что они могут потерять все раньше, чем уйдут на пенсию, что взаимные фонды — дело ненадежное, даже если у вас сформирован инвестици­онный портфель.

— Как нам понимать ваши слова о ненадежности взаимных фондов... даже если у человека сформирован инвестиционный портфель? — переспросила она, и в ее голосе проскользнуло едва заметное возмущение.

Я сразу же почувствовал, что наступаю ей на больную мозоль, хотя она и не работала па «Enron». Вместо того чтобы устраивать дебаты по вопросу о взаим­ных фондах и инвестиционных портфелях, я сказал:

— Я ушел на пенсию в 47 лет, не имея на руках ни одной акции компаний или взаимных фондов. На мой взгляд, иметь дело с взаимными фондами и ком­паниями слишком рискованно, даже если диверсифицировать портфель. Есть более надежные способы инвестирования пенсионного капитала.

— Вы советуете не вкладывать деньги в компании и взаимные фонды и не диверсифицировать инвестиции?

— Нет,— ответил я.—Я никому ничего не советую. Я просто говорю, что я ушел на пенсию молодым без единой акции компаний и взаимных фондов — и без всяких диверсификаций в пределах фондов. Если вам нравится инвестиро­вать в компании и взаимные фонды, это может быть лучшим выходом для вас... но не для меня.

— Нам пора сделать перерыв на рекламу, — сказала молодая женщина. — Спасибо, что пришли к нам в студию.

Она пожала мне руку, быстро повернулась к камере и начала перечислять достоинства нового крема от морщин.

Интервью закончилось раньше, чем было намечено. Похоже, что когда раз­говор перескочил с «Enron» на аналогичные персональные инвестиционные стратегии самой хозяйки телеэкрана, крем от морщин оказался более приятной темой не только для нее, но и для тысяч телезрителей. Тема пенсионного обес­печения никогда не входила в число самых удобных.

Одна из целей закона ER1SA заключалась в том, чтобы вызвать у людей стремление откладывать средства на собственную пенсию. Результатом должно было стать формирование триединого подхода к пенсионному финансирова­нию, основанного на трех базовых элементах:

1.   Программа социального обеспечения «Social Security».

2.   Собственные сбережения работника.

3. Пенсионный план компании, оплаченный деньгами, которые компания специально выделяет на обеспечение пенсионных планов своих работников. 5 мая 2002 года газета «Washington Post» опубликовала статью «Опасности изме­нения пенсионной системы», в которой триединый подход сравнивался с трех­ногим табуретом:

Во время последней проверки первая ножка, программа Social Security¹, все еще была на месте, хотя и немного расшаталась от ударов по ее гарантиям — пос­тоянного повышения налогооблагаемых доходов, увеличения пенсионного воз­раста, обложения налогами некоторых льгот и так далее...

Все обозначенные буквами и цифрами и одобренные конгрессом накопи­тельные планы—401 (k), 403(b), IRA (индивидуальные пенсионные счета), SEP-IRA (индивидуальные пенсионные счета упрощенных пенсионных пла­нов), Keogh (планы Кеога) — были, надо полагать, задуманы для укрепления второй ножки, сбережений работников, необходимых для обеспечения все бо­лее длительной и дорогостоящей старости. Корпоративные налоговые льготы, привязанные к финансируемым компаниями планам, состоящим, по большей части, из наличности самого работника, были поставлены с ног на голову, чтобы укрепить или даже заменить третью ножку табурета. Вместо того чтобы стать наградой работникам за бережливость, они позволили компаниям серьезно уре­зать или вообще пустить под откос традиционные пенсионные планы.

В результате остается сказать одно: «Гляди, мамочка, треногая табуретка на двух ножках!»

Короче говоря, с принятием ERISA груз ответственности за пенсионное планирование был переложен с работодателя на работника — хотя никто не по­заботился о финансовом образовании, необходимом, чтобы помочь провести правильное планирование. Вдруг откуда ни возьмись появились тысячи скорос­пелых специалистов по финансовому планированию, которые принялись поу­чать миллионы людей: «Инвестируйте в долгосрочные планы, покупайте, хра­ните, диверсифицируйте». Многие из этих работников до сих пор не поняли, что их доходы в пенсионном возрасте полностью зависят от их способности пра­вильно вложить деньги сегодня. Если пророчество богатого папы сбудется, то за последующие 25 лет положение миллионов людей, хотя и не всех, только ухуд­шится. А пророчество богатого папы, похоже, уже сбывается.